Лингвистический и экзегетический ключ (Роджерс) (2 Тимофею 1 глава 15 стих)

οιδας perf. ind. act. 2 pers. sing, отοιδα (#3857) знать. Def. perf. сознач. praes. (VA, 281-87). απεστραφησαν aor. ind.pass, (dep.) отαποστρεφω (#695) отворачиватьсяотчего-л., дезертировать. Гл. имеет пассивное значение, с дополнением в асс. (RG, 484f).


Учебная Библия МакАртура (2 Тимофею 1 глава 15 стих)

1:15 Асийские Асия была римской провинцией, ныне часть современной Турции. Имеется в виду лишь часть региона Малой Азии. Фигелл и Ермоген Ничего неизвестно об этих двух людях. По-видимому, они подавали надежду стать руководителями церкви, были близки Павлу и хорошо известны среди асийских церквей, однако под натиском преследований оставили Павла.


Комментарии МакДональда (2 Тимофею 1 глава 15 стих)

1:15 Думая о грозовых тучах, собирающихся над церковью, апостол вспоминает и о том, как его оставили христиане из Асии. Поскольку в момент написания Послания Тимофей, по всей вероятности, находился в Ефесе, он прекрасно знал, кого конкретно имел в виду апостол.

Вполне вероятно, что христиане из Асии порвали отношения с Павлом, когда узнали, что он арестован и брошен в тюрьму. Они оставили его в тот момент, когда он больше всего в них нуждался. Может быть, это произошло потому, что они боялись за личную безопасность. Римское правительство настороженно относилось ко всем, кто распространял христианскую веру.

Апостол Павел был одним из самых известных представителей христианства. Всякий осмелившийся поддерживать с ним контакт был бы заклеймен, как сочувствующий его делу.

Павел не утверждает и не подразумевает, что эти христиане оставили Господа или церковь. Тем не менее покинуть Павла в такой критический момент — поступок трусливый и предательский.

Может быть, Фигелл и Ермоген стояли во главе движения, стремившегося отмежеваться от Павла. В любом случае они навлекли на себя вечный позор и презрение, отказавшись нести поругание Христа вместе с Его слугой.

Гай Кинг заметил по этому поводу, что они «уже не могли стереть грязь со своего имени, но могли стереть ее со своего характера».


Толкование Мэтью Генри (2 Тимофею 1 глава 15 стих)

Стихи 15−18. Призвав Тимофея держаться образца здравого учения (cт. 13−14):

I. Апостол говорит об отступлении многих от учения Христа, cт. 15. Даже в лучшие, золотые дни церкви были такие, кто, приняв христианскую веру, впоследствии отвергал ее, причем таких было много. Апостол не говорит, что они отступили от учения Христа (хотя это, по всей вероятности, тоже имело место), но что они оставили его, повернулись к нему спиной в час бедствия его. Что в этом удивительного, если люди поворачивались спиной к Тому, Кто был намного превосходнее Павла? Я имею в виду Господа Иисуса Христа, Ин 6:66.

II. Он упоминает о стойкости одного, кто остался верен ему, а именно — Онисифора: Он многократно покоил меня и не стыдился уз моих, ст. 16. Заметьте:

1. Какое милосердие оказывал Павлу этот Онисифор: он многократно покоил его, поддерживал его письмами, советами, утешениями и не стыдился его уз. Он не стыдился ни его, ни того унизительного положения, в каком Павел находился в то время. Он оказывал милосердие ему не раз и не два, но многократно, не только когда Павел был в Ефесе среди друзей Онисифора, но и когда сам Онисифор оказался в Риме. Он с великим тщанием искал там Павла и нашел его, ст. 17. Заметьте: добрый человек ищет возможности сделать добро и не останавливается ни перед чем. О том, что в Ефесе Онисифор служил Павлу и был необыкновенно добр к нему, Тимофей знал.

2. Как Павел воздает ему за его доброту, ст. 16−18. Принимающий пророка получает награду пророка. Павел воздает ему своими молитвами: Да даст Господь милость дому Онисифора... Вероятно, Онисифор был в это время вне дома своего и находился вместе с Павлом, поэтому Павел молится, чтобы дом Онисифора был храним в течение его отсутствия. Хотя папистам хотелось бы понимать это в том смысле, что Онисифор был мертв к тому времени, и исходя из молитвы Павла о нем, чтобы он обрел милость у Господа, они делают вывод о законности молитв за умерших. Но кто им сказал, что Онисифор был мертв? И можно ли обосновывать учение и практику по такому важному вопросу на простом предположении и такой неопределенности?

III. Он молится за самого Онисифора, так же как и за его дом: Да даст ему Господь обрести милость у Господа в оный день... то есть в день смерти и суда, когда Христос будет расценивать все доброе, сделанное братьям Его меньшим, как сделанное Ему лично. Заметьте:

1. День смерти и суда — это страшный день, и он называется поэтому так выразительно — оный день.

2. Нам не нужно желать себе большего счастья, чем обретение милости от Господа в оный день, когда те, что не оказывали милости, будут судимы без милости.

3. Самые лучшие из христиан будут нуждаться в тот день в милости Господа: ...ожидая милости от Господа нашего Иисуса Христа, для вечной жизни, Иуд 1:21.

4. Если мы хотим иметь милость от Господа в тот день, то должны искать ее сейчас.

5. Мы должны искать ее у Господа и от Господа, ибо, если Господь не окажет нам милости, то тщетными будут жалость и сострадание людей или ангелов.

6. Мы должны искать и просить милости у Господа, Который дает и изливает ее, ибо Господь Иисус Христос удовлетворил требования справедливости, чтобы могла быть проявлена милость. Нам надо приходить к престолу благодати, чтобы обрести милость и получить благодать для благовременной помощи.

7. Самое лучшее, что мы можем желать как себе, так и своим друзьям, это чтобы Господь даровал всем нам милость Свою в оный день, когда мы должны будем из временной жизни перейти в вечность, из этого мира в иной мир и явиться пред судилище Христово.


Толкование отцов церкви (2 Тимофею 1 глава 15 стих)

Иоанн Златоуст (~347−407)

ст.15−16 Ты знаешь, что все Асийские оставили меня; в числе их Фигелл и Ермоген. Да даст Господь милость дому Онисифора за то, что он многократно покоил меня и не стыдился уз моих

В Риме, вероятно, было тогда много людей из малоазийских областей, но никто, говорит Павел, не явился ко мне, никто не признал меня, все отшатнулись. И смотри, как любомудра душа его. Он сказал только, что было, но нисколько не укорял их. Сделавшего ему добро он похвалил и пожелал ему бесчисленных благ, а им не пожелал никакого зла.

…Таковы должны быть верующие — не удерживаться ни страхом, ни угрозами, ни стыдом, но содействовать друг другу и, как бы на войне, защищать и помогать. И не столько находящимся в опасности, сколько самим себе они приносят пользу, делая себя через оказываемые им услуги причастниками уготованных им венцов. …Как у царей не только сражающиеся, но и хранящие оружие удостаиваются чести, и не какой-нибудь, но нередко получают даже равные с теми дары — хотя они не обагряли рук кровью, не брали оружия и даже вовсе не видали неприятельского войска, — так и еще гораздо более в этих духовных скорбях. Кто помогает ратоборцу, изнемогающему от голода, присутствуя при нем, ободряя его словами и оказывая ему всякие другие услуги, тот получает одинаковую с ратоборцем награду.

Источник: Гомилии на 2-е послание к Тимофею.

Феофан Затворник (1815−1894)

Руководствуясь примером Онисифора (1, 15−18)

Выставив свой пример в воодушевление святого Тимофея к нестыдящемуся постраданию за благовестие, святой Павел выставляет и другой пример — Онисифора, лица, более подходящего в уровень со святым Тимофеем и даже уступающего ему в значении, — все с тою же целию воодушевить. Он сим внушает: если этот не постыдился, который ниже тебя; то тем паче тебе не подобает стыдиться. Но как светлое светлее бывает, будучи близ темного поставлено, то Апостол для возвышения цены нестыдения Онисифорова прописывает, что его все оставили, вероятно, по стыду и по страху. Он как бы говорит: все устрашились грозящей беды и устыдились исповедать веру свою; один Онисифор выдержал. Вот тебе пример! Действуй так и ты.

Веси ли сие, яко отвратишася от мене ecи, иже от Асии, от нихже есть Фигелл и Ермоген

Веси ли Может быть, и к сведению святому Тимофею сообщал сие Апостол: ибо ему, как блюстителю Асийских Церквей, следовало знать, каковы асийцы или какими они способны оказаться пред лицом опасностей. Так блаженный Феодорит. Но вернее, надо полагать, для того, чтоб, как замечено, воодушевить святого Тимофея, усилив тем значение примера Онисифорова, и не его только, но даже и своего, —как тот же далее блаженный Феодорит пишет: «сим Апостол убеждает Тимофея переносить мужественно встречающиеся огорчения» — и как изъясняет святой Златоуст: «Апостол говорит об искушениях, не с тем, чтобы поразить (обмалодушить) ученика, но чтобы возбудить его (воодушевить), чтобы он, если случится когда-нибудь и ему подвергнуться таким же искушениям, не смущался, взирая на учителя и вспоминая о сем случившемся с ним».

Отвратишася от мене ecи He веру оставили, а от Апостола отстранились. Верно, опасность была велика. Прежние узы Апостола, и в Риме, и в других местах, были легче и менее опасны. Наветовали большею частию иудеи и раздражали иногда язычников; но правительственные лица брали его под защиту закона… Теперь же сам Нерон против него. Нельзя было ожидать милости и тем, которые явят себя держащимися его стороны. Опасность смерти смотрела в глаза, и все знаемые Апостола отстранились от него. Святой Златоуст говорит: «он тогда, вероятно, был взят под стражу и оставлен всеми, не видел ни от кого ни человеколюбия, ни милости, ни помощи, но был оставлен самыми верующими и Друзьями. Отвратишася от мене, говорит, вси, иже от Асии. В Риме, вероятно, было тогда много людей из областей Асийских; может быть, они даже сопровождали Апостола в Рим (см.: Экумений); но никто, говорит, не явился ко мне, никто не признал меня, все отчуждились». Блаженный Феодорит поясняет: «они избегали свидания с Апостолом, боясь Нерона».

От них же есть Фигелл и Ермоген Ход речи дает такую мысль: даже и Фигелл с Ермогеном. Они, вероятно, ближе были к Апостолу, в больших с ним находились сношениях, более были известны и ему, и святому Тимофею. Ибо после сих слов само собою навязывается дополнение: известные тебе, которые так выдавались из-за других, оказывались такими ревнителями; но оказались, что и они из числа тех, которые в покойное время являют себя верующими, а как опасность налицо, прячутся. Впрочем, в словах Апостола не видится укор и осуждение, а скорее слышится сожаление. Так святой Златоуст: «и смотри, сколь любомудра душа Апостола! Он сказал только, что было, но нисколько не укорял их; сделавшего ему добро похвалил и пожелал ему бесчисленных благ, а им не пожелал никакого зла».—Всяко, однако ж, естественно видеть здесь и намек святому Тимофею: смотри, и ты не окажись таким же; или — не на них смотри, а на меня, терпящего сие и нестыдящегося, —и на Онисифора, о ком скажу сейчас.

Источник: Толкование на второе послание к Тимофею.

Ефрем Сирин (~306−373)

Ты знаешь, что все Асийские оставили меня; в числе их Фигелл и Ермоген

Знаешь о том, что все кои в Асии собрались ко мне для утешения, по причине сильных гонений и продолжительного пути, оставили меня.

Источник: Второе послание к Тимофею.

Феодорит Кирский (386/93−~457)

Ты знаешь, что все Асийские оставили меня; в числе их Фигелл и Ермоген

В древности в Риме находилась резиденция императоров, поэтому многие приходили туда — кто для торговли, а кто для иных дел. А потому, вероятно, и в это время некоторые из уверовавших в Малой Азии прибыли в Рим и избегали свидания с апостолом, боясь Нерона. Апостол упоминает двоих из них по имени как обнаруживших самую явную неприязнь.

Источник: Толкования на послания святого Павла.

Феофилакт Болгарский (~1078−~1107)

Ты знаешь, что все Асийские оставили, меня; в числе их Фигелл и Ермоген

Апостол указывает на искушения, не с тем, чтобы поразить ученика, но чтобы более убедить его, — чтобы, в случае если и сам он подвергнется подобным искушениям, не думать, что он испытывает что-либо необыкновенное, но спокойно переносить. После того, как апостол был взят под стражу Нероном, его оставили все Асийцы, то есть живущие в Риме люди из областей асийских.

Источник: Толкование на второе послание к Тимофею святого апостола Павла.

Лопухин А.П. (1852−1904)

Ст. 15−18 Ты знаешь, что все Асийские оставили меня; в числе их Фигелл и Ермоген. Да даст Господь милость дому Онисифора за то, что он многократно покоил меня и не стыдился уз моих, но, быв в Риме, с великим тщанием искал меня и нашел. Да даст ему Господь обрести милость у Господа в оный день; а сколько он служил мне в Ефесе, ты лучше знаешь

Чтобы еще более побудить Тимофея к верному хранению учения, преподанного ему Павлом, апостол выражает свою скорбь, какую причинили ему все асийские (вероятнее всего, эфесские) христиане, оставив апостола беспомощным в руках врагов. Может быть, для того чтобы апостолу можно было освободиться из римских уз, требовалось заступничество влиятельных малоазийских христиан перед римскими властями. Эти христиане должны бы явиться в Рим и дать показания в пользу апостола, но они, очевидно, поспешили отстраниться от него. Даже чем-то известные Фигелл и Гермоген не помогли апостолу. Тимофей не должен подражать им. С другой стороны, апостол не может без чувства искренней благодарности вспомнить об Онисифоре, который, по преданию (Акты святой Феклы), имел дом в Иконии и принимал там Апостола Павла. Этот Онисифор нашел Апостола Павла в Риме, очевидно, уже в то время, когда апостол был заключен в настоящую темницу, когда к нему был совсем прекращен доступ для римских христиан. Здесь, чем мог, он служил апостолу. И раньше этот Онисифор, в бытность свою в Ефесе, оказал немало услуг Ефесской церкви (выражения мне в ряде кодексов не имеется), о чем лучше известно самому Тимофею, как епископу Ефесской церкви. Так как апостол желает милости Божией не самому Онисифору, а дому или семье его, а самому Онисифору просит милости у Господа «в оный день», т. е. в день страшного суда, то ясно, что Онисифора во время написания послания уже не было в живых.

Да даст ему Господь… Не без основания в этих словах видят доказательство того, что апостол Павел верил в действенное значение молитвы за умерших: высказанное им желание, раз оно обращено ко Христу, есть не что иное как молитва.

Источник: Толковая Библия.


Открыть окно